КОЛОКОЛ

на мизинце БОГА

             . ..Навеки полюбились нам и бескрайние ковыль­ные степи, и волнующе мягкий и нежный рисунок смут­но синеющих вдали березовых колков, и обнаженные вершины придорожных курганов, и трубный клич под­нявшихся на рассвете с воды лебедей, и ослепительно сияющие под полуденным солнцем посолоневшие от жары озера. Все это было, есть и будет бесконечно до­рого, мило и близко нашему сердцу, сердцу, горячо влюб­ленному в землю, вспоившую и вскормившую нас.

Иван Шухов. Дым отечества

В доме Шухова

         Осенью прошлого года я побывала в Пресновке, на роди­не известного казахстанского писателя Ивана Петровича Шу­хова.

         Мне очень хотелось увидеть эти места в разгар солнечных дней, на "празднике царствующего лета", описанных писате­лем яркими красками в "Пресновских страницах". Но так уж случилось, что моя встреча с Пресновкой состоялась поздней осенью. Небо было затянуто темными, точно свинцовыми, тя­желыми тучами, из которых мелко и нудно моросил то дождь, то снег. И, несмотря на теплую встречу заведующей Дома-му­зея Ивана Шухова Натальи Михайловны Бурлаковой, заведу­ющего отделом культуры Балтабая Темиртасовича Рамазанова и даже акима сельского округа Абая Кошкарбаевича Кайсина, на душе было как-то неспокойно и холодно. Может, оттого что было холодно в большом административном здании, в ко­тором отапливалась только одна маленькая комната, где мы беседовали. В печи горел огонь, но даже отблески огня и треск поленьев, которые всегда создают особое настроение и уют, не смогли отогреть мою душу, уставшую от долгой дороги и от не очень-то приятных впечатлений. День за­кончился разговором о задачах музея, о его бедах и оптимисти­ческих надеждах на будущее.

С огромным не­терпением я дожда­лась утра, чтобы уви­деть то, ради чего сюда приехала,-дом, в котором жил друг и даже какое-то время родственник Павла Васильева (они были женаты на родных сестрах Анучиных) Иван Пет­рович Шухов, и архив его Дома-музея, втайне на­деясь, что здесь, кроме знакомства с материала­ми об Иване Петровиче Шухове, я найду что-ни­будь новое и о Павле Васильеве. Но, к сожале­нию, ничего нового я не нашла. Это были не­сколько папок с фотографиями Павла Васильева и Галины Анучиной, дочери поэта Натальи Павловны, копии фотографий Павла с извес­тными литера­торами, доку­менты, кото­рые были пере­даны из архи­вов Натальи Павловны Фурман и Ев­гении Анучи­ной, т.е. мате­риалы, кото­рые уже име­ются в Доме-музее Павла Васильева. Но зато архив Ивана Петровича Шухова превзошел веемой ожидания. Со­брано большое количество оригиналов уни­кальных документов, представляющих непре­ходящую ценность. Это и его первый рукопис­ный дневник 1923 года, и рукописный дневник путешествий в Америку, на основании которо­го была написана книга "Дни и ночи Амери­ки", фотографии родных и близких, рукопис­ные письма Евгении Анучиной к Ивану Петро­вичу Шухову с упоминаниями о литераторах, с некоторыми характеристиками поэтического окружения, и Ивана Шухова и Павла Василье­ва в те далекие 20-30-е годы. Здесь встречаются имена В.Квитко, С.Маркова, А.Сорокина, Е.За­белина, Н.Титова, Е.Зарубина, Дж. Алгаузена. Все они связаны с жизнью и творчеством Пав­ла Васильева. Уникальна переписка с издатель­ствами, Институтом мировой литературы, в том числе имеется письмо Ивана Михаилови­ча Тройского, редактора журнала "Новый мир", от 20 октября 1936 года с приглашением принять участие в собрании писательского ак­тива. А также - произведения Евгении Анучи­ной: пьеса "Мечте навстречу" 1950 года; по­весть "Странствование сердца" издательства "Советский писатель" 1936 года; дружеские письма Евгении Анучиной к Ивану Шухову, в то время уже женатому на другой.

         Перечитывая эти документы, вновь соприка­саешься с бурной литературной жизнью Ивана Шухова. Особенно волнуют письма 20-30-х го­дов, немного наивные, но в то же время откры­тые и душевные. Среди переписки - письма Л.Твардовского, Е.Пермитина, В.Каверина, Л.Мартынова, рукописные письма К.Кулиева к И.Шухову, С.Муканова к А.Твардовскому. Име­ется переписка И.Шухова с А.М.Горьким и его женой Е.Пешковой, с сестрой С.Есенина Алек­сандрой, с Дм. Снегиным и многими другими.

         С особым волнением я вошла в дом, где жил "казахстанский Шолохов". Внешне дом казался небольшим, но внутри было довольно простор­но. Вот я вижу веранду, комнату, где писатель отдыхал и обдумывал свои новые сюжеты; при­хожую; гостиную с накрытым чайным столом, с фотографиями и картинами, с пианино и трю­мо; кабинет с рабочим

столом писателя, на ко­тором - печатная машинка, чернильный прибор, пепельница,

телефон, этажерка с книгами, и ка­жется, что Иван Петрович только что положил свои

очки на отпечатанный текст своего произведения, повесил пиджак на спинку стула и не­надолго вышел.

         На диване я вижу балалайку, на которой лю­бил играть писатель в часы досуга. У стола на стене висят два портрета: Алексея Максимови­ча Горького и Павла Васильева. И уже не нуж­но говорить, как высоко ценил и хранил в своем сердце Иван Шухов гениального друга и его поэзию. И поэтому совсем не случайно Сергей Павлович Шевченко в своей книге о Павле Ва­сильеве "Будет вам помилование, люди..." пи­шет, что именно Иван Петрович Шухов позна­комил его с поэзией Павла Васильева, в то вре­мя запретного поэта, и рассказал о его жизни и трагической судьбе.

Все это волнует, завораживает, и не хватает только домашнего тепла, чтобы поверить, что этот дом по-прежнему обитаем.

Дом-музей не отапливается. Когда-то здесь был большой штат сотрудников, велась научно-исследовательская работа, много сделано пер­вым директором Дома-музея                                      

   Кроме того, вызывает опасения парк                             вокруг Дома-музея: деревья старые, многие уже

гибнут, требуются молодые посадки, обработка старых деревьев, которые еще можно спасти. Но ни сил, ни возможностей для этого у работников Дома-музея нет.

         В Жамбылском районе Петропавловской об­ласти имеется еще два Дома-музея - С.Мукано­ва и Г.Мусрепова. Печально, что и в этих мемо­риальных памятниках не ведется научно-иссле­довательская работа, позволяющая пополнить фонды Домов-музеев. Здания также не отапли­ваются, они оживают только в период проведе­ния очередных юбилеев или при встрече гостей. А ведь материалов о жизни и творчестве этих выдающихся личностей очень много и в Казах­стане, и в архивах Москвы, и основная задача работников музеев - сконцентрировать все име­ющиеся материалы в Домах-музеях, сохранить их для будущих поколений Казахстана. Руководить Домами-музеями должны не случайные люди, а специалисты своего дела с определен­ным штатом работников.

         Есть в музее Шухова стенд, представляющий немаловажный период жизни и творчества Ива­на Петровича Шухова - время работы редакто­ром журнала "Простор".

Во время руководства Ивана Петровича Шу­хова журнал "Простор" пользовался огромным авторитетом в издательских кругах и огромным спросом. К Ивану Петровичу Шухову обраща­лись с просьбами выслать номера журналов, которые не удалось купить.

         Это время пришлось и на мою сознательную жизнь. Я работала воспитателем в молодежном об­щежитии. И новые интересные материалы для ве­дения клуба "Лира" я черпала со страниц журнала "Простор", который тогда соответствовал требо­ваниям самого искушенного читателя.

         Современники Ивана Петровича Шухова, коллеги по "Простору", отмечают его трепетное отношение к настоящей литературе, нетерпи­мость к серости, пошлости, чванству. И не слу­чайно Марк Поповский написал: "Но отныне и навсегда рядом с лучшими Вашими романами будет стоять в истории русской литературы Ваше великолепное   детище "Простор".

        

         Я покидала родину Ивана Петровича Шухо­ва, и неожиданно из-за туч показалось солнце. Еще долго в окно автобуса мне была видна стела с надпи­сью "Пресновка 2030" и на ней три портрета великих людей Жамбылского рай­она - Габита Мусрепова, Сабита Муканова и Ива­на Шухова, а перед глаза­ми стоял портрет Павла Васильева над столом Ивана Петровича Шухо­ва и его стихи под ним, ко­торые писатель взял эпиг­рафом к своей повести "Колокол":

                                  ...Наши деды с вилами дружили.

                                  Наши бабки черный плат носили.

                                  Ладили с овчинами отцы.

                                  Что мы помним? Разговор сорочий.

                                  Легкие при новолунье ночи.

                                  Тяжкие лампады. Бубенцы!..

Петропавловск.

Материалы архивов

Члены Омской писательской организации. Слева направо В.Грязнов, Е.Забелин, В.Квитко, Е.Анучина,  И.Шухов, Н.Беззубик. 1927 г.      

  

Вернувшись в Петропавловск, я продолжила свою исследовательскую работу в Государствен­ном архиве. Мне хотелось найти следы некоего Григорьева - автора письма-доноса на Ивана Шухова в "Литературную газету" от 1938 г.. ко­торая была обнаружена мной в РГАЛИ Моск­вы. Вот его содержание:

"Пока не кончено предпринятое прокуратурой Союза следствие, нельзя сказать, соответетствуют ли действительности все  выдвинутые против Шухова

   обвинения. Уже несомненно, что в пись­ме, опубликованном в                                            "Комсомольской правде", есть некоторые преувеличения.                                                                        Однако бесспор­но, что значение этого дела с общественной и литературной точки зрения необычайно велико.

         Писатель Иван Шухов, уроженец станицы Пресновской СКО, несмотря на полную литературную профессионализацию, продолжает жить и работать на Родине в своей станице, черпая ма­териалы своих произведений из общений с жизнью и бытом людей, из внимательного изучения исто­рии, экономики и классовой борьбы родного края.

         Вслед за известными произведениями "Горькая линия", "Ненависть" и малоудачной "Родиной" писатель свыше года работает над новой книгой о восстании казахов 1916 года.

Казалось бы, пи­сатель, беспрерывно живущий на периферии, дол­жен быть органически связан с широкими народными массами района, области, республики, тем более что он является крупнейшим русским совет­ским писателем Казахстана. Между тем инте­ресы писателя, его реальная дружба ограничиваются только верхушками района и области.

         Роман "Родина" посвящается бывшему секретарю Амосову. В Пресновке, на почве бесконечных выпивок, устанавливается далеко не здоровый контакт с ныне отозванным секретарем района Конюховым, а также со снятым председателем ВРИКa Копаревым и другими "приятелями ". Дело доходит до того, что из-за личной близости к жене Шухова Копарев снимается по просьбе Конюхова Амосовым из Пресновского района.

   

    

 Можно привести немало фактов, свидетельствующих о явно вредной спайке Шухова с людьми, впоследствии оказавшимися уличенными в не­благовидных поступках.

         Бывшие руководители района создали вокруг писателя атмосферу угодничества и подхалим­ства. Будучи кандидатом партии, Шухов прини­мал участие в заседании бюро райкома, решая воп­росы, не имеющие к нему никакого касательства, таким образом косвенно содействуя ряду непра­вильных мероприятий райкома. В то же время контакт с руководителями области и республи­ки Шухов использовал для разрешения в экстра­ординарном порядке таких вопросов, которые дол­жны были решаться нормальным партийно-со­ветским путем.

        

 Все это, как правило, ~ сказал в беседе с нами секретарь обкома Сегизбаев, - делало Шухова чем-то вроде вельможи. Разумеется, писатель получает огромное число писем от своих читателей, на многие он  отвечает, дает консультации начи­нающим, но этим исчерпывается   кон­такт писателя со своим читателем.

Встреч с писа­телями, конферен­ций, обсуждений книг, выступлений с отчетом перед чи­тателями-казаха­ми, а также чита­телями ближайше­го города Петро­павловска не быва-

eт, а исчерпывает учас­тие в общественной ра­боте только по содей­ствию строительству 

Репетиция спектакля, с.Пресновка, 1935 год, 15 августа                  

                                                                                                               

  электростанции и Дома культуры, за что услужливые подхалимы уже предложили назвать его именем Шухова. Конеч­но, нельзя, нельзя также подменять контакт и дружбу с коммунистами района общением только с секретарем райкома, тем более что последний оказался замешанным в троцкистских связях. Положение, в каком очу­тился Шухов, не может не вызывать тревоги. Ни вельможей, ни одиночкой писатель, живущий на периферии, быть не может, и если он бродит сей­час по пустым комнатам своего дома в тягост­ном одиночестве, то в этом виноват прежде все­го он сам. Писательская общественность, разу­меется, не может остаться в стороне от этой истории и должна сказать Шухову слова осуж­дения и помощи.

Станица Пресновская, Северный Казахстан.

Григорьев ".

(Редакция "Литературной газеты",

опись 1, дело 728, на 84-х листах).

         Хитро и тонко автор этого письма окутыва­ет Ивана Шухова нитями связи с секретарем рай­кома, опороченного и обвиненного в троцкист­ских связях. Это сейчас уже известно о реабили­тации М.К.Аммосова, о его заслугах перед ро­диной. А в то время это письмо могло стать ро­ковым. Могло, но, к счастью, не стало...

         В отделе партийных документов были обна­ружены заявления Ивана Шухова о принятии в партию, рекомендации членов партии, поста­новления о принятии в члены ВКП(б).

         В то время человек, дающий кому-то реко­мендацию в партию, нес партийную ответ-

ственность за данного человека, за его взгля­ды, поступки. Когда первым в списках дающих рекомендацию Ивану Шухову я увидел имя Андрея Кияницы, это было воспринято мною как должное. Кто, как не лучший друг Ивана Шухова, Андрей, знал всю его жизнь, был близок до последних дней.

И.Шухов среди рабочих МТС, конец 20-х - начало 30-х годов

         Следующим в списках стоял Самарин Федор Иванович, 1927 года рождения, № партбилета 1594386, редакция "Ленинское Знамя", ответственный редактор, знает И.Шухова с 1934 г.

         Третьим рекомендующим был Заспа Петр Федорович, 1932 года, № билета 2924647. Пресновский РКВКП(б) К, заведующий партийным кабинетом.

         На этом же листе - Решение общего собрания первичной парторганизации о приеме из кандидатов в члены ВКП(б) от 4 марта 1940г. и Решение райкома, горкома ВКП(б) о приеме  из кандидатов в члены ВКП(б):

          «от 9 марта 1940 г.

         Решение первичной парт. орг. при Пресновс­кой средней школе от 3 марта 40 г., протокол №2 "О приеме из кандидатов в действительные члены ВКП(б) тов. Шухова Ивана Петровича.

        Утвердить. Принять из кандидатов в действительные члены ВКП(б) т. Шухова И.П. Стаж установить с 3 марта.

                                                      М.П. Подпись секретаря райкома, горкома

                                                                                                                        (Елеукин)

                                                                                                          4апреля 1940 года»

В редакции "Казахстанской правды"- Ф.Боярский,

В.Скоробогатов, О.Берггольц, И.Шухов.

         Ивану Петровичу Шухову везло на встре­чи с людьми, которые на определенном эта­пе его жизни играли решающую роль. Заин­тересовавшись романом "Горькая линия", увидев в нем талантливого писателя, его под­держал А.М.Горький. Отзыв Алексея Мак­симовича на роман, встречи с Иваном Шу­ховым, письма к нему сыграли огромную по­ложительную роль в дальнейшем творчестве молодого литератора, о чем Иван Шухов помнил и говорил всегда.

         Но ведь нам известны и другие примеры: в жизни Павла Васильева А.М.Горький сыграл "роковую" роль. Имя прокурора Вышинского до сих пор бросает в дрожь тех, кто жил в суро­вые ЗО-е годы. В судьбе же Ивана Шухова он оказался справедливым и объективным. Вот что пишет в своей автобиографии в 1940 г. сам И.Шухов:

         "В июле 1937 года, когда против меня было возбуждено уголовное дело бывшей моей женой, я был заочно исключен из кандидатов КП (б) К, К ре­шению бюро Пресновского РККП (б) К. Как известно, мне было предъявлено ряд тягчайших обвинений. Но в результате обстоятельно­го расследования моего дела и суда надо мной и благода­ря вмешательству прокуро­ра ССР тов. Вышинского было установлено, что все самые тяжкие обвинения, выдвинутые против меня в письме отца моей бывшей жены, опубликованном в мае 1937 года в газете "Комсомольская правда", оказались неосновательны­ми. Суд присудил меня к двум годам условного наказания, но потом су­димость с меня была снята в июле 1938 года. Комиссией партийного контроля при ЦККП (б) К я был восстановлен кандидатом партии...

Ст. Пресновская

3 марта 1940 г.

И.Шухов".

         О творчестве Ивана Шухова, в том числе о его книге "Ненависть", положительно отозвал­ся И.В.Сталин.

         Судебные разбирательства над Иваном Шуховым происходили в 36-37 годах, когда его друг Павел Васильев был в застенках НКВД. И только по счастливой случайности не нашлось "доброжелателя", который упо­мянул бы о дружбе Ивана Шухова с Павлом Васильевым. Все могло обернуться иначе. Но по воле Божьей Ивану Петровичу Шухову была дана возможность жить и творить, по­могать молодым писателям и поэтам, пропа­гандировать творчество незаслуженно забы­тых и запретных.

В газете "Аргументы и факты", № 43 за 1966 г. была напечатана переписка И.П.Шу­хова, мне хотелось бы привести несколько вы­держек:

"Таруса I 7 июля 1965 г.

Дорогой Иван Петрович!

Посылаю маленькую статью о Марине Цве­таевой. Честь Вам и слава за то, что Вы пару-шаете искусственное заклятие, созданное вокруг этой действительно великой поэтессы...

К.Паустовский".

         "Уважаемый Иван Петрович! Благодарю Вас за номер "Простора". Очень рада видеть та­кую отличную подборку (стихов Мандельшта­ма. - Ред.). Посылаю два документа о моем на­следственном праве на сочинение Осипа Эмиль-евича. У меня есть еще одна к Вам просьба: рас­порядитесь, чтобы мне за счет гонорара выс­лали десятка три номеров "Простора" с пуб­ликацией. В Москве они будут редкостью, и все будут просить их. Будете ли Вы отмечать юбилей Данте? У О.М. есть большая статья

("очерк", как говорил Андрей Белый) - "Разговор с Дан­те". Я думаю, из нее молено было бы подобрать две-три главы для журнала. Еще раз благодарю Вас.

Надежда Мандельштам".

         Мы знаем, что после смер­ти Надежды Мандельштам даже в 1980 году архив Осипа Мандельштама был аресто­ван, и не случайно Надежда Яковлевна передала большую часть архива библиотеке Принстонского университета.

         Печатать стихотворения Марины Цветаевой, Павла Васильева, Осипа Мандельштама, в то время еще полузапретных поэтов, - это огромная ответственность и муже­ство. Но Иван Петрович Шухов всегда публи­ковал то, что считал "настоящей" поэзией, не ог­лядываясь, рискуя своей репутацией, своим по­стом редактора журнала "Простор". Не каждо­му это было по силам. И свое отношение к гени­альным поэтам он выражает в строках из поэмы, посвященной П.Васильеву:

                                     ...Вы коротким

                                     Прошли звездопадом

                                     Над страной,

                                     Летящей в мечту.

                                     О героях,

                                     Погибших в тридцатом,

                                     Этот реквием

                                     Я пишу...

         Иван Петрович Шухов является почетным гражданином города Петропавловска, в кото­ром есть улицы имени и Ивана Петровича Шу­хова, и Павла Васильева.

         Встречи в библиотеке им. Ивана Петровича Шухова, в историко-краеведческом музее, где ныне находится литературный отдел, принесли свои положительные результаты: произошел об­мен документами, историческими фотографиями, печатными материалами. Благодаря краеведам мне удалось найти и отснять на видеокассету ис­торические здания Петропавловска, среди них здание реального училища, где работал Николай Корнилович Васильев - отец Павла Васильева.

             Районный Дом культуры в Пресновне, построенный

                             по инициативе И.Шухова.

         В результате этой поездки в архиве Дома-му­зея Павла Васильева пополнен фонд Ивана Пет­ровича Шухова, в котором собраны уникальные материалы: книги, документы, фотографии, отснят видеоматериал, пополнивший видеофонд Дома-музея, а в перспективе он будет основой создания видеофильма об Иване Петровиче Шухове.

         Число экспонатов Дома-музея увеличилось на 172 единицы хранения. Среди них есть ори­гинал телеграммы, датированной 30 августа 1976 года, от трудящихся города Павлодара с по­здравлениями Ивану Петровичу Шухову с 70-летним юбилеем и высокой правительственной наградой - орденом Дружбы народов. Телеграм­ма подписана Исаевым, бывшим в то время сек­ретарем обкома партии, и председателем облис­полкома Садвакасовым.

         Коллектив Дома-музея ставит перед собой задачу не только сохранить имеющиеся экспо­наты, уникальные документы, но и пополнить фонды новыми, сделать их доступными для ка­захстанских исследователей и любителей поэзии, так как пришло время, когда литературные па­мятники становятся основными объектами ис­следования литературоведов, историков, фило­софов, этнологов, поэтому в Доме-музее ведет­ся работа не только с материалами Павла Васи­льева и его поэтического окружения в 20-30 годы, но и с материалами казахстанских писа­телей и поэтов, в том числе с архивами поэтов литературного объединения имени Павла Васи­льева города Павлодара.

Послесловие

         Недавно, созвонившись с заведующей Дома Шухова, с радостью узнала, что в Пресновской школе состоялась первая беседа о жизни и твор­честве Павла Васильева, зазвучала его поэзия, а 21 декабря, к Дню рождения Павла Васильева, проведены Васильевские чтения, оформлена выставка материалов о его жизни и творчестве "Суждено мне неуемной песней в этом мире но­вом прозвенеть...".

         Был сдвинут с места и вопрос о ремонте сис­темы отопления в Доме-музее Ивана Шухова: решением акима района дано указание на состав­ление расчетов и сметной документации,

         Дома-музеи С.Муканова и Г.Мусрепова пе­реданы на баланс районному отделу культу­ры. Будем надеяться, что у Домов-музеев по­явится один рачительный хозяин. Ведь не зря гласит народная мудрость: "У семи нянек дитя без глазу".

         ...На территории шуховского заповедника, в звоннице специально выстроенной небольшой башенки, звучит колокол, который собирает пресновчан в дни торжеств,

посвященных дню памяти и дню рождения И.П.Шухова, к дорогому для них дому. Вспоминается вечевой колокол, изображенный И.П.Шуховым в его повести, на котором, по словам автора, было написано:

"Пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших. Приидите ко Мне все страждущие и обремененные и Аз успокою Вы!"

         Вспоминаются и строки из стихотворения Павла Васильева "Крестьяне", написанного по­этом еще в 1934 году и только недавно обнару­женного в архиве Д.Санникова:

             ...И колокол пространства голубой

               Раскачивался

           На мизинце Бога...

         Звон этих колоколов в судьбах сынов земли Казахстанской неповторим, как прожитая жизнь. Документы их жизни и творчества будут храниться рядом - и в Доме-музее Ивана Шухо­ва, и в Доме-музее его друга Павла Васильева.

         И пусть эти колокола звучат в память об ушедших талантливых земляках, гудят набатом, напоминая нам о гражданском долге: сохранить памятники истории и культуры Казахстана.

Любовь Кашина,

 директор Дома-музея Павла Васильева